Очередная глава повести Кузьмы Спесивцева о службе в российской армии образца 2011 года.

Предыдущая глава

Хабаровск/Ванино

25.06.2011

Мы добрались до Хабаровска, который встретил нас адским жаром и духотой. Я весь истекал потом под формой. Грязная майка прилипала к телу. Я спрыгнул с подножки на платформу, с непривычки ноги подкосились, едва не упал, шагая по платформе на ватных ногах, на мой взгляд, я выглядел крайне комично. Но остальные выглядели так же. Асфальт на платформе нагрелся до предела. Мы выстроились в колонну и стали подниматься по лестнице к надземному переходу. Там мы остановились и вновь пересчитались.

Мимо строя прошли две девушки, раздался одобрительный гул, свист и неприличные предложения для совместного проведения досуга. Животные. Не видели противоположного пола полторы недели (за исключением проводницы в вагоне и поваров в Сызранском КСП), а уже ведут себя как похотливые шимпанзе. Я этого не понимаю.

На пересыльный пункт нас вёз «Урал». Командой мы забрались в бортовой тентованный кузов, тесновато, да не в обиде. Хабаровск, на первый взгляд из кузова «Урала», ничем не примечательный город, я не заметил ни одной особенности, отличавшей его от других городов. Пересыльным пунктом оказался батальон радиоэлектронной борьбы. Нас встретил сержант, которому оставалось служить пять дней. Мы искренне завидовали ему. Казарма, в которой нас разместили, была примерной копией казармы из кинофильма Стэнли Кубрика «Цельнометаллическая оболочка». Кстати говоря, с нами ехал парень из Тольятти, который внешне, да и умственными способностями был похож на рядового Кучу из ранее упомянутого кинофильма. Мы звали его Глен Глен. Не знаю, почему ему присвоили такое прозвище.

– Глен Глен, ты смотрел фильм «Цельнометаллическая оболочка»?

– Нет, но ты уже восьмой, кто у меня это спрашивает.

Младший сержант, которого назначили нам как заместителя командира взвода в отсутствие сопровождающих, показал всем, как необходимо правильно заправлять постель. Конвертом. Отбивать одеяло и подушку так, чтобы они были с острыми краями. Как складывать одежду на прикроватном стуле. Сначала складываются штаны, втрое, бляхой ремня укладываются к «взлётке», китель складывается по плечам и пополам, кладётся сверху штанов, завершает стопку кепка. Берцы ставятся под стул, в них вкладываются носки так, чтобы утром, при подъёме, ты мог их быстро надеть. Тапочки ставятся под кровать, ближе к стулу.

Чему я действительно был рад, так это душевым смесителям в бане. И обеду в столовой. Очень сытный. Жирные щи, много гречневой каши, большая котлета, стакан компота. Хлеб и масло шайбами. Еды не пожалели. Численность срочников в батальоне РЭБ не велика: порядка тридцати военнослужащих, среди которых 7 офицеров.

После обеда Алкаша прорвало. Счетчик govna обнулился. По его словам, «пронесло весьма знатно». Установлен рекорд — девять дней.

26.06.2011

Утром нас ждала физическая зарядка. Мы бегали пять кругов по полосе препятствий, спотыкаясь в высокой траве о пустые стеклянные бутылки, потом занимались физическими упражнениями на разминке, пробежали по «змейке», прошли на брусьях «рукоходом», далее турник и три круга по уже знакомому маршруту. Я подтягиваться отказался. Не умею, да и желания нет. Максимум два раза, и повисаю на перекладине мешком. Лишний вес мешает мне.

Почти все после зарядки решили бросить курить. Некоторые умудрились не курить до обеда, чему в большей степени способствовала нехватка сигарет.

После завтрака была строевая подготовка. Разучивали строевой шаг, одиночный и в составе шеренги. Занимались до обеда. Сержант нарёк меня «Большим» из-за габаритов. После строевой, сытно поев, нам дали возможность поспать час. Я не мог заснуть и просто лежал на кровати, предварительно расправив её. В три часа нас подняли. Офицеров не было, младший сержант куда-то ушёл. Мы сидели в казарме и смотрели «Ералаш», старые советские выпуски. И так до ужина. После подшивались и отбились.

Ночью меня разбудил Ворон.

– Чего тебе?

– Пошли паёк жрать.

Паёк, кстати говоря, оказался вкусным и очень сытным. Тушёнка без грамма жира, сплошной кусок мяса, овощи с горохом, гречневая каша с мясом. В каптёрке закрылись я, Ворон, Рязан, Бантос и Лысенко. На шухере стоял дневальный. Как оказалось, сопровождающие нас к месту службы военные пошли тусить в город, Хряпенко и Огин бухать в забегаловку, Пархоменко в клуб.

Ночью мне приснился мой товарищ Гуня, его младшая сестра и его родители. Они не сразу меня узнали, сказали, что сильно похудел. Во сне я жаловался им, что над нами издеваются офицеры, drochat физухой и морят голодом. Кстати говоря, я попал в команду с Гуниным одногруппником Димой Семёновым. Наши койки располагаются рядом, и перед отбоем мы беседуем, часто вспоминая гражданскую жизнь.

27.06.2011

Утром команды «Подъём» не последовало. Огин и Хряпенко крепко спали на койках. Будить их не стали. В казарме от них стоял жуткий перегар. Пархоменко в части появился только после обеда с разбитым eblom.

Распорядок дня здесь такой:

– Подъём.

– Зарядка.

– Завтрак.

– Строевая подготовка.

– Обед.

– Просмотр «Ералаша».

– Ужин.

– Просмотр «Ералаша».

– Отбой.

В Хабаровске впервые играли в «3 скрипа». Звучит команда «Отбой», и после того, как все улеглись, в течение минуты не должно раздаться ни единого звука, но так как кровати старые, сетка провисшая, любое твоё движение вызывает скрип. Как только раздаётся три скрипа, подаётся команда «Подъём! Построение на «взлётке»! Форма одежды №4!». Мы подрываемся с коек, одеваемся и строимся на центральном проходе. Как только выстроились, звучит «Отбой!», и всё происходит вновь.

В сознание закралась мысль, что уйдя из армии на дембель, на первой же вписке, услышав три скрипа, я вскочу как тварь и начну одеваться.

28.06.2011

Загрузились в  «Урал». Поехали на вокзал. Прощай, батальон радиоэлектронной борьбы Хабаровска.

Загрузились в вагон гражданского поезда. Хряпенко принялся окучивать проводницу, Огин спал, Пархоменко смотрел кино на ноутбуке, мы были представлены сами себе. На обед и ужин нам дали коробки сухого пайка из расчёта 1 коробка на двух человек. Вечерком мы вытянули пару коробок из запасов и пошли в соседние вагоны, обменяли их на сигареты, пиво и мороженое. Жене Шитову повезло, ему досталась пачка сигарет Winston из Америки, в вагоне ехала девушка родом из штатов. На пачке написала свой номер мобильного телефона. Из этого может что-то получиться.

После отбоя я собрал таганки для сухого горючего и сделал из них тюльпан, черепаху и брантозавра.

29.06.2011

Прибыли в Ванино. Ждём на речном вокзале. Смеёмся. Парома нет. Полтора часа ждали ЗИЛ, который отвёз нас на очередной пересыльный пункт. Видели фотографии из Припяти? Атмосфера аналогична. Нас заселили на третий этаж разбитой казармы, по сравнению с которой казарма в Хабаровске пятизвёздочный отель, номер для вип-персон. Кроватей нет, вместо них советские раскладушки из сетки-рабицы в мелкую клетку. Из всего постельного белья нам дали только наволочки на подушки. На этаже бегают крысы. Клопов и тараканов не сосчитать. В очередной раз нас выстроили на этаже и прошмонали. Отбирали уже даже гражданские вещи, такие как полотенце, мыло, консервы. Это были уже дембеля, которые ждали в Ванино поезда домой. Скоты.

Туалет разбит, канализация функционирует не лучшим образом, govno нужно смывать промыванием из вёдер. На стенах бытовой комнаты выцарапаны названия городов. Нашли с парнями Самару, обрадовались, что мы не первопроходцы и что «наши люди везде». Из стены торчали два оголённых проводка, вставили в них контакты зарядки для мобильного телефона. Можно зарядить аккумуляторную батарею. Позвонил домой. Разница во времени 7 часов. Дома уже вечер. Обозначил им своё географическое местоположение, жаловаться не стал, да и, честно говоря, не на что. Да и не люблю я это дело.

На довольствие нас не ставили, ели пайки. Решили попить чай. Нашли стопку грязных вафельных полотенец и большую металлическую кружку. Набрали в неё воды, бросили таблетку из набора сухого пайка, очищающую воду, оплели шнурком ручку чашки. Полотенца скрутили трубочкой и подожгли. Так вскипятили себе чай на вечер.

Раздеваться на ночь я даже не стал, спал в одежде, берцы снимать и не думал, укрывался бушлатом. Ночью очень холодно.

30.06.2011

Я помню тот Ванинский порт

И вид парохода угрюмый,

Как шли мы по трапу на борт

В холодные мрачные трюмы.

Паром «Остров-8». Морской болезнью не страдаю. Вышли на палубу. У Глена Глена ветром сдуло кепку в море. Неудачник. Будет рожать кепку себе. Над морем стоит туман. Через 15 минут Хряпенко загнал нас обратно в каюты во избежание несчастных случаев. Глену Глену дал подзатыльник. Рука у лейтенанта тяжёлая, удар пришёлся крепкий. Глен Глен упал на пол.

В моей каюте было четверо. Я, парень из Тольятти и двое из Саратова. Разговорился с тольяттинцем. Оказалось, что у нас схожие музыкальные вкусы. Рассказал ему комичную историю о том, как приехали в Тольятти на концерт одной группы из Тулы в клуб «Бит.com». В клубе было отключено электричество, и мероприятие экстренно перенесли в рядом находившийся клуб «Volta». Сопровождать самарских вызвался один доброволец в слегка приподнятом алкоголем настроении. В дороге мы потерялись, он звонил маме, спрашивая маршрут движения. Возил нас по Тольятти около двадцати минут. Как оказалось, клуб находился в пяти минутах ходьбы от другого клуба. Я не стеснялся в выражениях, описывая горе-проводника. Какого же было моё удивление, когда Ваня, так звали этого тольяттинца, сказал, что проводником был он. Страна, действительно, очень маленькая.

Ночью с парнями раздавили ещё три коробки пайка на четверых. Мусор выбросили на этаже. Деревянные кровати были сплошь исписаны. «Сахалин — жопа», «Итуруп — смерть», «ДМБ-88», «Шикотан, Кунашир — колонии для солдат», «Если едете служить на остров — прыгайте с палубы в море, может, спасётесь». Эти надписи носили довольно оптимистичный характер.

Продолжение здесь.

Ежедневная публикация повести на канале Малословие.

Один комментарий к “«НЕРЖ ВС РФ»: повесть об армии. Глава 3

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх