Мы начинаем публикацию фрагментов повести «НЕРЖ ВС РФ» Кузьмы Спесивцева. 

Текст о службе в российской армии параллельно публикуется небольшими порциями в телеграм-канале Малословие.

Июнь. Сызранcкий КСП

15.06.2011

– Товарищи призывники, проходите за ворота части, – грозно скомандовал подполковник из военного комиссариата.

На его команду мало кто обратил внимания, но первым к воротам выдвинулся парень с практически беззубым ртом, он попрощался только с отцом, который единственный пришел его проводить. Следующим был я. Обнял на прощание мать, пожал руку отцу, своим товарищам, перебросил сумку через плечо, сказав на прощание: «Запомните меня таким и молитесь своим богам, чтобы я не вернулся обратно в цинке», бодро зашагал к воротам. На входе показал повестку подполковнику и прошёл на территорию, огражденную забором из профлиста, на которой стоял припаркованный ПАЗик и газель. Дождавшись всех призываемых, которых насильно загнали туда, куда парой минут раньше добровольно и весьма непринужденным образом прошел я, закрыв ворота, нас выстроили перед автобусом в одну шеренгу, велели выложить всё из сумок. Начался тотальный шмон на алкогольные напитки и другие запрещенные предметы. Кто был шустрее и сообразительнее в конце шеренги, сумели припрятать, кто был глупее – открывали бутылки и пытались выпить как можно больше, пока очередь не дошла до них. Все подозрительные бутылки, которые были в стекле или без этикеток, отобрали. Заставляли открывать даже запечатанные полторашки.

– Я не хочу открывать, – изъявил нежелание я.

– Потряси тогда, – я встряхнул бутылку минеральной воды, внутри забурлили пузырьки газа, – значит, газированная, – подвел итог подполковник.

– Конечно, газированная. На этикетке же написано.

– Да меня не ebet, что там написано. Водка газированной быть не может? – грубо ответили мне.

 

– Услышав свою фамилию, вы обязаны громко и чётко выкрикнуть «Я»!

После проведённой переклички мы расселись по свободным местам в автобусе. Я сидел рядом с тем беззубым парнем, который первым отправился за ворота. Его звали Илья. Впрочем, как и меня. Тёзка.

Тем, кому не досталось места в автобусе, поехали в маршрутке. Кроме водителя автобуса, сержанта-контрактника, с нами никого из военных не было. В маршрутке, которую, к слову, вел водитель из гражданского персонала военного комиссариата, тоже. Подполковник, собравший кучу бутылок, дал пару указаний по соблюдению порядка и маршруту следования водителям и пошёл к комиссариату района.

В общей сложности нас было около сорока человек. Сорок полупьяных, а точнее сказать, непротрезвевших с прошедшей ночи отморозков Кировского района города Самары. Не самая лучшая компания для автобусной экскурсии. Водитель провернул ключ в замке зажигания, автобус затрясся, оглушительный рёв мотора уведомил окружающих о том, что гражданская жизнь заканчивается. Впереди меня ждало 12 месяцев невероятного идиотизма, немотивированной агрессии и поголовной деградации. Пазик выехал за ворота, все пассажиры, если этих существ можно было так назвать, припали к окнам автобуса, в надежде в последний раз увидеть своих родных и друзей. Я сидел у самого окна, вглядываясь в толпу, но никого не мог найти. Илья даже не стал рыпаться, его никто не провожал кроме отца, который после прощального рукопожатия сразу развернулся и ушел, он достал телефон, включил его и стал набирать смс. Я тоже взял с собой телефон, несмотря на все моё нежелание, взял только из соображений, чтобы «маме было спокойно и я всегда оставался на связи». Он лежал выключенным в кармане олимпийки с повесткой. Проезжая остановку, я наконец-то увидел своих друзей – Артёма, Серёжу и Настю. Они тоже увидели меня в окне, стали кричать и махать мне руками. Я приложил ладонь к стеклу на прощание, и автобус умчал меня в самый ужасный город Самарской области – Сызрань. Если у вас телефон поддерживает возможность автоматического ввода Т9, то попробуйте набрать в нём слово «Сызрань». Выходит «ущербнь». Даже Т9 осознаёт всю многозначительность и культурное наследие этого города.

 

Толпа, осознав своё привилегированное положение и отсутствие старшего, моментально сообразила о необходимости «закорешиться с водилой и намутить водки», так как всё припрятанное в сумках и рюкзаках было уничтожено в течение получаса езды. Скинувшись помаленьку, собрали сумму порядка пяти тысяч рублей и, остановившись на выезде из города возле придорожного круглосуточного магазинчика, отправили пятерых на провизионные закупки. Через минут пять они вернусь с восемью пакетами, набитыми под завязку водкой, пивом, лимонадом, сладкими рулетами, чипсами, колбасой, сыром и овощами.

Расхватав на сингалонги текст всем известной песни, хором распевали: «Теперь ты в армии nahui! О-о-у-о, ты, suka, в армии nahui, nahui!».

Я попытался, несмотря на шум, уснуть. Этой ночью я совершенно не мог сомкнуть глаз. Вернувшись домой под утро, приняв душ, без аппетита поковыряв в тарелке вилкой свой прощальный завтрак, я прилёг на кровать, глядя в потолок. Усталость сказывалась, но нервное напряжение не позволяло успокоиться и заснуть. Стрессовое состояние, осознанный страх перед неизвестностью, ожидающей меня в скором времени, брали верх над моими физическими потребностями, такими как сон и аппетит. Я молча лежал и смотрел в белый потолок, попутно перебирая в голове перечень «всё ли я взял с собой в новую жизнь». Я думал о том, как будут жить без меня родители и друзья, что изменится в их жизни с моим отсутствием. Через полчаса прозвенел будильник на моем телефоне Sony Ericsson k750i. Я выключил его, достал сим-карту и переставил её в свой старенький Siemens a55.

В жизнь меня вернул шум бьющегося стекла. В следующее мгновение на меня и Илью падает стокилограммовое туловище с разбитой головой. Он пачкает нас своей кровью, меня приводит это в бешенство, и я начинаю что есть мочи бить кулаками ему по лицу и попутно пытаюсь встать. Парень закрывает лицо и голову руками, пытается выйти в проход между сиденьями, но падает от удара с двух ног в грудь от парня в шлёпках и шортах с пальмами. В следующий миг на его голову приземляется другой парень, туловище с пробитой головой замирает, потеряв сознание, его ещё пинают в проходе, пока водитель, наконец, не сжалившись, кричит: «Да оставьте вы его в покое уже, пацаны, оно того не стоит, пожалеете ведь». Водитель понимал, что вся ответственность ляжет на него. Парня прекратили лупить ногами, он лежал ничком в проходе автобуса и истекал кровью. Сумки, стоявшие на полу, решили переложить на верхние полки, чтобы не испачкать. Мои бежевые шорты были испорчены. Утешало лишь то, что они старые и одежду, в которой мы прибыли, по рассказам отца, оставим на контрольно-сборочном пункте.

 

В автобусе стало тихо, все успокоились, многие спали. Главную роль в этом сыграли усталость и очередное алкогольное возлияние. Я, сложив руки на груди и облокотившись головой на стекло, заснул. Разбудило меня резкое торможение, как оказалось, перед воротами КПП. Тот парень всё также продолжал лежать на полу. Водитель вышел из автобуса и направился ко входу на КПП, позвонил в звонок, показал какие-то бумаги выбежавшему дежурному и сел обратно в автобус. Ворота части раскрылись, и мы въехали на территорию, прямо на плац.

Chillout в ПАЗике. Afterparty в Сызрани.

Мы вышли из автобуса, вновь выстроились в шеренгу. Перекличку по документам провёл какой-то военный в звании капитана. Уже наученные тому, как правильно отвечать, услышав свою фамилию, мы громко и чётко, как требовалось от нас, выкрикивали «Я».

– Марков!

– Я!

– Маслов!

– Я!

– Метёлкин!

Тишина.

– Метёлкин! – ещё громче сказал капитан, но в ответ последовала тишина и сдавленные смешки.

– МЕТЁЛКИН ЗДЕСЬ?!

– USB здесь, здесь все, – выкрикнул кто-то из строя, и все начали смеяться. Все, кроме капитана. Так в первый раз ещё не начавшейся службы мы приняли положение «упор лёжа» и стали отжиматься под счёт. Но эта шутка стоила того.

Как оказалось, Метёлкиным был тот, кто лежал в автобусе. Из Сызрани он отправился обратно в Самару. Грубо говоря, мы сделали ему неожиданную отсрочку от армии. Я потом спросил у парней, за что его избили, так оказалось, что он после остановки «поссать» сел на чужое место и не хотел его уступать, в результате чего и получил удар бутылкой по голове. Данная история обыденна и повседневна для выходцев с Кировского района. Вообще я старался общаться только с Ильёй, но невольно завёл знакомство с тем, кто нанес удар бутылкой и тем, кто был в шлёпанцах и шортах. Их звали Алексей Воронов и Сергей Рязанов. Ворон и Рязан. Так было проще. Ворон был из пятнадцатого микрорайона, а Рязан с тринадцатого. Если честно, то это деление на микрорайоны я никогда не понимал, границ на карте города никогда не видел, но все мы были кировскими.

В первый день нас зачислили в резерв, вновь направили на медкомиссию. Здесь я уже старался не vyebyvatsya. На медицинском обследовании в военкомате я здорово поглумился над врачами. У окулиста таблицу для проверки остроты зрения я читал нарочито медленно, жмуря глаза, и по буквам проговаривал фразу «пошёл на hui», у отоларинголога ничего не слышал, сказал, что та жидкость с резким запахом, которую мне дали понюхать, пахнет как сирень после дождя. Хирурга прошёл без эксцессов. Уролога и проктолога тоже. Встреча с психиатром мне запомнилась на всю жизнь. Я вошёл в кабинет в шортах и обуви.

– Вы куда без бахил?

– У вас здесь не выдают.

– Надо было свои принести.

– Я не знал.

– Не знал он. Разувайтесь, – я снял обувь и поставил её возле входа, – вы почему в шортах?

– А в чём я должен быть?

– ВЫ ВООБЩЕ ПОНИМАЕТЕ, КУДА ВЫ ПРИШЛИ? – перешла на крик врач.

– В военкомат, а вы?

– ВЫ НОРМАЛЬНЫЙ ИЛИ КАК?

– Это уже вам судить, вы же специалист.

– Лида, прекрати, – раздался голос в конце кабинета. Оказалось, что за ширмой находился ещё один врач, женщина сорока-пятидесяти лет. Как ни странно, но вопящая смолкла и успокоилась.

– Подойдите ко мне. Как вас зовут?

– Илья.

– Илья, у вас есть компьютер?

– Нет.

– А в школе есть компьютерный класс или кружок?

– Класса нет, но есть игровой клуб.

– Вы посещаете его?

– Нет.

– Почему?

– Мне неинтересны компьютерные игры.

– Но вы умеете включать компьютер, работать с ним.

– Конечно.

– Лида, — обратилась она к врачу, – пишите «годен».

Оказывается, достаточно уметь включать компьютер, чтобы быть годным к несению службы в российской армии. Удивительная страна. Удивительные возможности.

В Сызрани я прошёл все медкабинеты очень быстро. У хирурга позабавил случай, когда один парень в спортивной форме ПФК ЦСКА стал указывать пальцем на другого и смеяться, приговаривая: «Смотрите, сисюн. К нам попал пацан с сиськами». И действительно, у этого парня была набухшая, как у семиклассницы, грудь. Он ничем не болел, просто был толстоват, и часть жира перешла в грудь. Он очень стеснялся и не знал, как поступить в этой ситуации. Все ребята стали насмехаться над ним.

Дальше была процедура дактилоскопии. Мне измазали роликом всю руку чернилами, я крепко приложил ладони рук к листу со специальной таблицей, а потом отдельно каждый палец. Сама процедура длилась не больше трёх минут, но в очереди пришлось отстоять около часа. В туалете я пытался отмыть чернила от рук армейским мылом, но у меня не получалось. Кусок совсем не мылился, грязь просто скатывалась в катышки, и я соскабливал её с ладоней ногтями. Особо умные ребята обляпали своими ладонями весь туалет. Экспертизу проводить не стали и заставили отмывать туалет первых попавшихся, а точнее, выходящих из кабинета парней.

Первый день мы ели только свою еду, на довольствие нас не поставили. Обедал я ещё пирожками, бутербродами и минералкой. Грубо говоря, мы сложились съестным с Ильёй и обедали на скамейке у входа в штаб. Краем уха до нас донёсся разговор со стороны:

– Вон те двое, что на сложных щщах, видать, dohuya смелые.

– Да каждому в eblishche прописать, и станут шёлковые.

– Ага, а потом pizdy от старшего состава за них получать.

– Да они pohuisty просто, им всё pohui.

Приехала скорая помощь. Из туалета на этаже вынесли тело, прикрытое клеёнкой ногами вперёд. Парень не выдержал первого дня здесь и вскрыл вены лезвиями, которые вытащил из одноразового бритвенного станка.

Встретил своего одногруппника Романа. Он приехал чуть раньше меня, буквально на два часа, но уже был зачислен в команду и отправлялся эшелоном на Дальний Восток, а если точнее, в Хабаровск. Не фартануло. Надеюсь, я попаду служить в Уфу, где у меня много родственников. На крайний случай, в Нижний Новгород или Волгоград. Вообще родители предлагали мне место программиста в военном суде, но я хотел служить не в городе. Дальше от родителей. Я считаю, что это не служба, когда ты пять дней сидишь в части или за компьютером в суде, а на выходные идёшь отдыхать домой. Пороха ты так не понюхаешь. И что такое «служба» не узнаешь.

К слову, об университете. В военкомат мне требовалась характеристика с места учёбы, в деканате сказали, что я сам пишу характеристику, а декан её подписывает. Декан беспокоился за меня, когда подписывал характеристику призывника. Приговаривал всё время: «А я вот сейчас не подпишу, и ни в какую армию ты не пойдёшь». Всячески пытался разубедить, предлагал место на кафедре, параллельно дочитывая мою характеристику. Дошёл до пункта «не поддаётся чужому влиянию» и, убедившись в частичной достоверности изложенного в характеристике, подписал её, тем самым благословив меня на несение службы.

Самарин Илья Кузьмич. 1989 года рождения. Русский. В политических партиях не состоит. Образование высшее по специальности «Радиотехника». В 2011 году окончил Поволжский Государственный Университет Телекоммуникаций и Информатики. Присвоена квалификация радиоинженера.

За время учёбы в университете проявил себя добросовестным студентом. С учебным планом справлялся на «хорошо» и «отлично». Не допускал пропусков занятий и нарушений дисциплины. Средний балл успеваемости – 4,6. Трудолюбив. Особенный интерес проявляет к гуманитарным наукам.

Самарин Илья Кузьмич характеризуется нами как дисциплинированный человек. Имеет спокойный и выдержанный характер, избегает конфликтных ситуаций, тактичен. Имеет друзей среди студентов. Среди других студентов группы пользуется авторитетом. Способен вести за собой. Не поддаётся чужому влиянию. Общителен, охотно идёт на контакт, за исключением редких случаев. Адекватно воспринимает критику, но в спорах до последнего отстаивает свою точку зрения. Обильно апеллирует фактами и аргументами. Упорен, настырен.

Из индивидуально-психологических качеств стоит отметить наблюдательность и сосредоточенность. Обладает хорошей памятью. Сообразителен, понятлив, целеустремлён, решителен, настойчив. Обладает большой силой воли. Не теряет самообладания в ситуациях критического характера. Уверен в себе. Преобладающее настроение – спокойствие. Речь громкая и разборчивая, дефектов речи нет. Почерк разборчив.  В общении со студентами и преподавателями вежлив, тактичен и дружелюбен. Со всеми имеет ровные отношения. С поставленными задачами справляется в срок. Мыслит творчески.

Декан факультета «Телекоммуникаций и Радиотехники»

Поволжского Государственного Университета

Телекоммуникаций и Информатики

После обеда мы ничего не делали. Просто валялись на траве в спортивном городке. Нам определили старшего из числа своих, парня по имени Артур. Уж не знаю, по какому критерию выбрали именно его, но приказы в армии не обсуждаются. У него был пофамильный список всей нашей команды. Пару раз мы строились, чтобы пересчитаться. В семь вечера нас завели в казарму. Мы построились на этаже, в очередной раз провели перекличку, потом нам объяснили правила поведения на этаже, после чего распределили по местам. Мне досталось верхнее. Я положил на койку сумку, взобрался сам. Достал оставшиеся после обеда пирожки и поужинал. Сходил умыться и лег спать. В этот день нас никто не контролировал, мы были подвластны только самим себе. Я лежал на кровати, укрываться не стал, майку снимать тоже, смотрел в потолок. Оказавшись в новом коллективе, после резкого отрыва из прежнего, волей-неволей будешь вспоминать предыдущий. Я думал о том, чем сейчас занимаются мои товарищи, вспоминают ли они обо мне. Телефон я включать не стал. Экономил заряд батареи. Здесь зарядиться негде, кроме буфета. Услуга платная, пятьдесят рублей за полчаса. Калым работников сборочного пункта. Незаметно для себя я глубоко провалился в сон.

16.06.2011

Утро началось по-армейски, с громкого крика «ПОДЪЁМ!». Я невольно потянулся, спрыгнул с кровати и оделся. Нас выгоняли на этаж. В очередной раз строились. Сравнив списочную численность с реальной, нас отправили за «рыльно-мыльным», так здесь назывались принадлежности для умывания. Я почистил зубы, умыл лицо, бриться не стал. Свой станок Gillette я оставил дома, а одноразовые станки у меня вызывают раздражение кожи и отвращение. Но выбор не велик.

Собрали группу желающих облегчиться. Повели в туалет. Войдя в него, я увидел govno, прилипшее к потолку, и вышел. Желание опорожниться отпало само собой, хотя я спокойно отлил за туалетом с задержанным дыханием. Вообще от сортира воняло за пять метров. Кого-то даже напрягли проводить там уборку, одного парня стошнило, второй, теряя сознание, чуть не упал. Проблему с туалетом я для себя решил проще – стал ходить в туалет, расположенный на этаже, только тихо, чтобы никто не увидел.

Нас поставили на довольствие, повели в солдатскую столовую на завтрак. Давали кашу, большие куски хлеба и масло в маленьких упаковках, по 25 граммов. В целом довольно-таки неплохо здесь кормят, правда очереди отбивают аппетит.

Поймал себя на мысли, что во время всяких построений очень интересно наблюдать за всякой живностью типа жуков, тараканов или мух. Пока полковник useraetsya перед строем, говоря о всей важности и значимости вооружённых сил Российской Федерации, жук настойчиво ползёт по плацу. Ему pohui на вооружённые силы Российской Федерации. Впрочем, как и мне.

Видел вблизи эпилептический припадок. Настоящий, не сценический. Парня просто стало бить в припадке как одержимого, изо рта брызгало пеной. К нему тут же подлетели солдаты и какой-то мужик в гражданской одежде. Солдаты пытались его удержать, но конвульсии были очень сильными, мужик заложил ему в рот пальцы, придерживал язык, чтобы не запал. Через полчаса за парнем приехала скорая. Очередной пациент с отсрочкой, надеюсь, навсегда. У меня вообще возник вопрос, как такие люди попадают в сборочные пункты, имея подобные заболевания? Неужели на медкомиссиях в районных военкоматах не видят их диагнозы?

Практически весь день я проспал на травке, изредка пробуждаясь, чтобы построиться в очередной раз и пересчитаться. Постоянное ожидание и ходьба с места на место очень сильно изнуряют.

Вечером, пойдя отлить за туалет, я услышал детский смех за забором, огороженным противопобеговым козырьком из колючей ленты. Знаете, не очень приятно слышать заливной, довольный, наполненный жизнью наивный детский смех за забором с колючкой. Чувствуешь себя арестантом.

Вечером нас пришёл контролировать какой-то офицер. С сержантом. На деле они пришли отобрать якобы «просроченную» еду. Колбасу, сыр, выпечку. Оставили только консервы и бич-обеды. Говорят, что раз вы поставлены на довольствие, то должны жрать то, что дают, что нам следует забыть о маминых супчиках и бабушкиных пирожках. Собрав еду и позвав одного паренька за собой, они ушли. Впрочем, через десять минут он уже вернулся с предстоящей к выполнению задачей.

Мы построились, как вы могли догадаться, пересчитались, прозвучала команда «отбой». Я выспался днём, поэтому спать не хотелось. В голову опять стали лезть мысли о жизни за забором. Они посещают меня теперь всегда, когда есть свободное время. Парни решили сообразить на водку. Скинулись, и один из них вылез в окно. Схема добычи и поставки была простой: в заборе имелась дырка диаметром около десяти сантиметров, водка перекидывалась через забор, деньги просовывались в отверстие. Вариант «кидалова» пятьдесят на пятьдесят. В этот раз лопухнулся наш парень. Две бутылки через забор перекинули, деньги он протянул, схватил полторашки и побежал в казарму, влез через то же окно, что и вылез. Парни уже достали стаканчики, открутили крышку, разлили, выпили. Каково же было их удивление, что они вместо водки выпили обычную воду из-под крана. Гонцу вломили pizdy. Следующие pizduli ожидали его от сержанта и лейтенанта, так как вторая бутылка предназначалась им.

17.06.2011

На утреннем разводе, выстроившись на плацу, до нас, резервистов, довели распределение. Я оказался в команде №05-07. Инженерные войска. Проще говоря, стройбат. Буду рыть окопы и убивать противников своей сапёрной лопаткой.

Пробыл я в этой команде недолго. Пришёл какой-то лейтенант и сказал мне, что я переведён в команду №05-44. Мотострелковые войска. Из чего я буду стрелять, я так и не понял. Но стрелять явно лучше, чем копать. Стало морально легче. Он отвёл меня на другой этаж и сдал младшему лейтенанту, на котором портупея застёгивалась еле-еле. Он весил центнера два как минимум.

– Самарин?

– Да, это я.

– Нужно отвечать «Я, так точно».

– Я! ТАК ТОЧНО! – проорал я.

– Образование есть?

– Высшее.

– Что окончил?

– Университет связи.

– Ооооооо, – расплылся в широкой улыбке мламлей, – это стопудово к нам.

– Куда к вам?

– В батальон связи.

– Интересно. А где он находится?

– На Острове, – «pizdec» – пронеслось в моей голове.

В очередной раз на Сызранский КСП приехала скорая помощь. Парень из моей прошлой команды ночью побрился одноразовой бритвой наголо. «До блеска», как говорил он вечером. Видимо, в какой-то из порезов попала инфекция, и его голову раздуло. Вы смотрели когда-нибудь мультфильм «Джимми Нейтрон»? Вот примерно это и произошло с ним. В сборочном пункте я уже третий день и в каждый из этих дней сюда приезжала скорая помощь. С – стабильность.

Нас повели получать форму. В просторной комнате сказали раздеваться и сбрасывать шмотки в одну кучу. Мне было не жалко. Шорты были испорчены кровью, майка старая, олимпийку мне отдал батя, рваные New Balance отправились в гору шмоток, напоминающую картину Василия Васильевича Верещагина «Апофеоз войны». Я бы назвал увиденное апофеозом Сызранского КСП. Жалко было парня, который приехал на КСП в олимпийке Fred Perry. По сути, все вещи должны быть утилизированы, но хитрые проныры, которые несут там срочную службу, часть вещей забирают себе, чтобы было в чём поехать домой после армии, а часть продают местным по довольно низким ценам или выменивают на нужные вещи. Я получил одну пару чёрных носков, штаны, китель, трусы, майку, кепку, ремень с зелёной пряжкой, бушлат, зимние штаны, вещевой мешок, берцы, тапочки и вафельное полотенце. Вроде всё по размеру, но пацаны сказали, что я похудею и всё будет на мне висеть как мешок. Вполне возможно, что это могло оказаться правдой. Однако, выстроившись в одну шеренгу, мы все выглядели как чмошники. Точнее, как положено – по-чмошному. Позже я получил свой военный билет и жетон с личным номером.

Пиксель-арт на моём кителе от дома военной моды Мудашкина. С ремня, по советам старослужащих, я снял тренчик и выломал барабанчик с бляхи.

Вечером я включил телефон. Стали приходить смс-ки о пропущенных вызовах. На сим-карте контактов было мало. Дело в том, что все номера я сохранял в память телефона. Тут же раздался звонок телефона. Высветился абонент «Мама».

– Алло.

– Да, мам.

– Как ты там? Где ты сейчас?

– В Сызрани ещё.

– Что-то вы долго.

– Покупатель только недавно появился.

– И куда поедешь служить?

– На Остров, – я услышал, как телефон выпал у мамы из рук.

 

 

Иллюстрации: Дима Трагик

 

3 коментария “«НЕРЖ ВС РФ»: повесть о службе в армии. Глава 1

  1. Для 2011 года — очень даже удачно.
    Сейчас (июнь 2018) не очень актуально.
    Но продолжать читать — буду. Уж очень понравилось у автора такая вот простота и честность изложения. Спасибо ОКО ВКонтакте.

  2. А меня призвали 29 июня 2010 года и все моменты и переживания были прям как автор описал. От души спасибо за статью, с удовольствием продолжу читать.
    Самарину Илье мое уважение,

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Похожие записи

Начните вводить, то что вы ищите выше и нажмите кнопку Enter для поиска. Нажмите кнопку ESC для отмены.

Вернуться наверх